Назидание историку. Субботняя китайщина
Dec. 5th, 2009 05:45 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
verticaltreckДавно известно, написал Татарский через двадцать минут после того, как это стало ему известно(С) что девятый стих третьей цзюани Луньюя гласит :
"Учитель говорил:
— Я мог бы рассказать о ритуале Ся, да в Ци недостает свидетельств; я мог бы рассказать о ритуале Инь, да в Сун недостает свидетельств. Все оттого, что не хватает записей и знающих людей. А если бы хватало, я мог бы подтвердить свои слова."
За прошедшее время положение в гуманитарной сфере мало изменилось - первичным является если не совершенно априорное, то, в любом случае, глубоко личное мнение толкователя, для подтверждения которого привлекаются те или иные факты, причём обилие фактов делает равно возможным подтверждение как одной, так и прямо противоположной ей точки зрения ( во времена Конфунция эту функцию выполняло отсутствие достоверных фактов ) . Этот замечательный, почти божественный, произвол, - наверное, просто свойство материала, с которым имеет дело историк. Величие Учителя в том, что он это понял и открыто продекларировал первичность мнения историка по отношению к документальным свидетельствам.
"Учитель говорил:
— Я мог бы рассказать о ритуале Ся, да в Ци недостает свидетельств; я мог бы рассказать о ритуале Инь, да в Сун недостает свидетельств. Все оттого, что не хватает записей и знающих людей. А если бы хватало, я мог бы подтвердить свои слова."
(Пер. И. Семененко)
Вдумаемся. От крушения династии Инь Учителя отделяло 600 лет, от крушения Си - вообще 1200 лет, и, тем не менее, Учитель берётся рассказать об их ритуалах ! Документами, в случае их обнаружения, он намеревается лишь подтвердить своё мнение - существующее независимо от документов и в них не нуждающееся. Слава Н-бу, в китайской традиции отсутствует понятие пророка - ему просто не с кем беседовать, т.к. восточное Н-бо безлично - поэтому источником знания является сам Учитель.За прошедшее время положение в гуманитарной сфере мало изменилось - первичным является если не совершенно априорное, то, в любом случае, глубоко личное мнение толкователя, для подтверждения которого привлекаются те или иные факты, причём обилие фактов делает равно возможным подтверждение как одной, так и прямо противоположной ей точки зрения ( во времена Конфунция эту функцию выполняло отсутствие достоверных фактов ) . Этот замечательный, почти божественный, произвол, - наверное, просто свойство материала, с которым имеет дело историк. Величие Учителя в том, что он это понял и открыто продекларировал первичность мнения историка по отношению к документальным свидетельствам.
